ID_636:ID2_7799 :: Копия содержания
страницы: Израильтяне в пленуИзраильская политика в области пленных ошибочна, и не только из-за непропорциональных обменов, включая обмен террористов на трупы израильских солдат. В 1970-х годах Израиль отменил инструкции в духе советской военной доктрины, запрещавшие солдатам при пленении выдавать какую-либо информацию помимо имени, звания и номера, что было достаточно для идентификации сотрудниками Красного креста. Эта политика неплохо себя оправдала: большинство еврейских пленных в войну Йом-кипур отказывались разглашать египтянам информацию. Правда, в этой политике все равно мало смысла, потому что даже если 80% военнопленных откажутся сотрудничать, оставшихся 20% все равно более чем достаточно, чтобы враг получил любые нужные сведения. К изменению политики привели два фактора: широко применявшиеся против «молчунов» пытки и большой объем утечек от тех самых «слабовольных» 20 процентов. Впрочем, пытки применялись не только для добычи данных – египтяне пытали и убивали израильских военнопленных просто в порядке мести. Кстати, на фоне этого совершенно мерзко выглядит гробовое молчание израильского правительства, когда несколько лет назад египтяне подняли вопрос о том, что мы убивали их военнопленных. Да, мы убивали, но далеко не в таких масштабах, сколько они убивали наших пленных. Я имею в виду относительную пропорцию: поскольку мы захватывали в плен гораздо больше египтян, чем они – нас, то мы, скорее всего, убили больше военнопленных, чем они. Но вернемся к теме. Владеющие ценной информацией пленные могут спастись от пыток, выдавая врагу незначительную часть информации. Но когда говорит каждый пленный, их информация ничего не стоит и их все равно будут пытать. Что до второго фактора, то это типичное израильское отношение к делу – институционализация провалов. Да, в любой армии есть слабовольные солдаты, способные выдать врагу военные секреты, и никуда от них не деться. Однако это не причина, чтобы все остальные опускались до их уровня. Если они знают какую-то действительно ценную информацию, их нужно поощрить не выдавать ее даже ценой самоубийства. Другой вариант: солдат можно обучать в случае пленения выявлять и убивать подозреваемых в коллаборационизме среди товарищей. * * * Молчание каждого военнопленного без исключения ставит перед противником трудноразрешимую задачу – из сотен, если не тысяч пленных найти тех нескольких, которые что-то знают. А когда у него это получится, тактические данные уже могут устареть. Велика вероятность и того, что противник просто не сможет прочесать всех молчащих пленных, и таким образом удастся сохранить даже стратегическую информацию. Именно поэтому немцы всегда старались определить ценных военнопленных сразу же по пленению, а не впоследствии. Абсурдно предполагать, как это делается в военной доктрине, что солдаты не смогут сообщить противнику ничего важного, потому что оперативная обстановка на поле боя слишком быстро меняется. Никакая война не является последней войной, и не все наши секреты – о поле боя. Десятки тысяч солдат ЦАХАЛа прошли через специализированные учебные лагеря и базы, за информацию которых наши враги готовы умереть. Чудовищно непропорциональный обмен Танненбаума показывает, как высоко мы ценим некоторые из подобных секретов. Считать жизнь военнопленных наивысшей ценностью – нелепость того же порядка, тем более ведущая к непропорциональным обменам пленных. У каждой жизни есть цена, и тем более у жизни солдата, как это ни печально. Обществу всегда предпочтительнее выдать солдатам яд и рекомендовать применить его тем, кто владеет важными секретами, при невозможности сохранить их. Как говорится, генералы всегда воюют предыдущую войну. Нынешнее правило «рассказать все» подошло бы для примитивных сирийских и египетских следователей в войну 1973 года. Они почти ничего не знали об Израиле, и их можно было обескуражить потоком бессмысленной информации. Сегодня же разрешение солдатам почти свободно говорить ставит под угрозу наши секреты. |
Израильская политика в области пленных ошибочна, и не только из-за непропорциональных обменов, включая обмен террористов на трупы израильских солдат. В 1970-х годах Израиль отменил инструкции в духе советской военной доктрины, запрещавшие солдатам при пленении выдавать какую-либо информацию помимо имени, звания и номера, что было достаточно для идентификации сотрудниками Красного креста. Эта политика неплохо себя оправдала: большинство еврейских пленных в войну Йом-кипур отказывались разглашать египтянам информацию. Правда, в этой политике все равно мало смысла, потому что даже если 80% военнопленных откажутся сотрудничать, оставшихся 20% все равно более чем достаточно, чтобы враг получил любые нужные сведения.
К изменению политики привели два фактора: широко применявшиеся против «молчунов» пытки и большой объем утечек от тех самых «слабовольных» 20 процентов. Впрочем, пытки применялись не только для добычи данных – египтяне пытали и убивали израильских военнопленных просто в порядке мести. Кстати, на фоне этого совершенно мерзко выглядит гробовое молчание израильского правительства, когда несколько лет назад египтяне подняли вопрос о том, что мы убивали их военнопленных. Да, мы убивали, но далеко не в таких масштабах, сколько они убивали наших пленных. Я имею в виду относительную пропорцию: поскольку мы захватывали в плен гораздо больше египтян, чем они – нас, то мы, скорее всего, убили больше военнопленных, чем они. Но вернемся к теме. Владеющие ценной информацией пленные могут спастись от пыток, выдавая врагу незначительную часть информации. Но когда говорит каждый пленный, их информация ничего не стоит и их все равно будут пытать.
Что до второго фактора, то это типичное израильское отношение к делу – институционализация провалов. Да, в любой армии есть слабовольные солдаты, способные выдать врагу военные секреты, и никуда от них не деться. Однако это не причина, чтобы все остальные опускались до их уровня. Если они знают какую-то действительно ценную информацию, их нужно поощрить не выдавать ее даже ценой самоубийства. Другой вариант: солдат можно обучать в случае пленения выявлять и убивать подозреваемых в коллаборационизме среди товарищей.
Здесь мы подходим к еще одну важному вопросу: какую информацию считать ценной? Во время Корейской войны китайцы проводили очень успешную программу «обращения» в лагерях военнопленных. Северокорейцам редко когда удавалось выбить информацию из американцев силой, а вот китайцы сумели склонить к сотрудничеству 80–90% процентов пленных тонкими психологическими методами. Они пытались выдавить из американцев любую, пусть даже самую легкую критику американской системы («в Америке неравенство») и столь же непринужденную похвалу коммунизма («при коммунизме все люди равны»), после чего подталкивали их логически поразмышлять над этими мыслями. В итоге американские военнопленные возвращались домой из китайских лагерей, мощно обработанные коммунизмом и антиамериканизмом. Следователи на допросах используют похожий подход. Они сначала разговаривают с пленным о разных мелочах, устанавливают хорошие отношения, и затем плавно переходят к важным вопросам, и пленный уже не может отказать, потому что он психологически настроен на сотрудничество. Он должен быть очень умен и хорошо подготовлен, чтобы противостоять психологической обработке с помощью тривиальных вопросов.
В эпоху средств массовой информации, когда каждый аспект экономики и военной сферы освещается в подробностях, большинство солдат уже не обладает ценной информацией, угрожающей национальной безопасности. Следовательно, делается вывод, что они могут говорить, что хотят. Этот подход ошибочен. Хотя наши враги не такие тонкие психологи, как китайцы, и не способны организовать в лагерях эффективное промывание мозгов, как в Корейскую войну, сотрудничество с врагом оставляет глубокие психологические шрамы, не менее глубокие, чем физические шрамы от пыток. Далее, свободно говорящие, но ничего не знающие военнопленные очень осложняют жизнь тем немногим солдатам и офицерам, которые действительно владеют важной информацией. Их молчание будет выделяться на общем фоне, так что их будут пытать более жестоко, чем в противном случае. На современном уровне развития средств пыток, куда входят химические воздействия, очень немногие смогут держать язык за зубами, да и совершить самоубийство далеко не всегда возможно.
Молчание каждого военнопленного без исключения ставит перед противником трудноразрешимую задачу – из сотен, если не тысяч пленных найти тех нескольких, которые что-то знают. А когда у него это получится, тактические данные уже могут устареть. Велика вероятность и того, что противник просто не сможет прочесать всех молчащих пленных, и таким образом удастся сохранить даже стратегическую информацию. Именно поэтому немцы всегда старались определить ценных военнопленных сразу же по пленению, а не впоследствии.
Абсурдно предполагать, как это делается в военной доктрине, что солдаты не смогут сообщить противнику ничего важного, потому что оперативная обстановка на поле боя слишком быстро меняется. Никакая война не является последней войной, и не все наши секреты – о поле боя. Десятки тысяч солдат ЦАХАЛа прошли через специализированные учебные лагеря и базы, за информацию которых наши враги готовы умереть. Чудовищно непропорциональный обмен Танненбаума показывает, как высоко мы ценим некоторые из подобных секретов.
Считать жизнь военнопленных наивысшей ценностью – нелепость того же порядка, тем более ведущая к непропорциональным обменам пленных. У каждой жизни есть цена, и тем более у жизни солдата, как это ни печально. Обществу всегда предпочтительнее выдать солдатам яд и рекомендовать применить его тем, кто владеет важными секретами, при невозможности сохранить их.
Как говорится, генералы всегда воюют предыдущую войну. Нынешнее правило «рассказать все» подошло бы для примитивных сирийских и египетских следователей в войну 1973 года. Они почти ничего не знали об Израиле, и их можно было обескуражить потоком бессмысленной информации. Сегодня же разрешение солдатам почти свободно говорить ставит под угрозу наши секреты.
Меня зовут Валера и я хочу запустить 2 вирусных идеи, которые искал уже давно, ЧТОБЫ ИЗМЕНИТЬ ЧТО-ТО В ЭТОМ МИРЕ.
Во-первых это символ +2800 значение которого совершенно противоположно +100500: 
И он для того, чтобы рассказать о еврейском фашизме, 2800 рабах каждому еврею, а главное о каббалистическом языке и каббалистических методах и электронном концлагере который нам готовят и как его избежать. Я думаю многие из вас слышат об этом первый раз и не понимают о чем это я:-) Но это интересно, важно знать каждому и каждому важно рассказывать об этом другим. Подробнее об этом на сайте plus2800.ru. А во-вторых волшебный третий нос на лбу:-) Это как у пастофарианцев друшлак на голове. Во 1-ых это тоже религиозный символ придуманный для того, чтобы рассказать о +2800 и его значениях. Во 2-ых наделяет сверхспособностью о которой мечтал один английский комик. В 3-их он может спасти тому кто его носит жизнь! А в 4-ых его можно использовать как антистресс который всегда под рукой. У учительницы их Химок были проблемы из-за того, что она пришла в школу с друшлаком на голове и вела в таком виде урок. Из-за этого у неё были проблемы и это была разовая акция. А ношение третьего носа можно обосновать и практическими соображениями перечисленными выше. Но при этом все равно все будут знать откуда взялась такая мода, для чего и какие смыслы несет. И подробней об этом на сайте plus2800.ru. А самое главное, что когда я начинал этот проект, то думал что люди верят в религиозную чушь, потому что не знают о лжи и преступлениях церквей и если им рассказать, то они перестанут верить. Но на самом деле ни х.... И многие готовы верить в это, поддерживать это или по крайней мере относиться нейтрально, потому что думают что хоть это и ложь, но ложь полезная и выгодная, поэтому пусть будет. Хм... Возможно поможет если объяснить, что это вредная ложь и они то как раз и создают проблемы, которые решают. Но как ни странно это тоже малоэффективно. А знаете в чем причина? Людей зазомбировали и научили так, что им кажется. что они думают сами, а на самом деле думают чужими мыслями и никакие аргументы и факты ничего не изменят. Вот если телевизор скажет и в то, что будут говорить люди вокруг они поверят скорее чем логике и здравому смыслу. Поэтому чтобы они "услышали" логику и здравый смысл, нужно чтобы миллионы людей говорили об этом. И для этого и был придуман волшебный третий нос на лбу. И вот если миллионы, десятки миллионов, сотни миллионов будут носить волшебный третий нос и рассказывать о том, что зашифровано в символе +2800, то они вдруг услышат здравый смысл и логике и вдруг они "поймут"... Хотя на самом деле нет, а просто опять поверят авторитету. Но в принципе это на данном этапе и не важно - главное результат. Но в общем идея такая и подробнее об этом на сайте plus2800.ru |
|
Скачать все эти страницы с ссылками и привязанными к ним файлами |
 |
|||
|
|
